Технологичный бизнес, перспективная ниша

04 марта 2019, 09:58

Последнее время, отечественные сельскохозяйственные предприятия активно подключаются к общемировому тренду производства органической продукции. Этот сегмент сельского хозяйства окутан множеством мифов и предубеждений, а отсутствие достаточного количества данных в России о потреблении и технологиях производства удерживают сельскохозяйственные предприятия от более активного освоения этой ниши.Технологичный бизнес, перспективная ниша

Если собрать все домыслы об органическом земледелии, то картина будет выглядеть следующим образом: органическая продукция намного дороже традиционной и нацелена на состоятельных потребителей в крупных городах. Основой спрос на органику проистекает из Европейских стран, а производство сопряжено со многими рисками, что предопределяет высокую себестоимость продукции, поэтому освоение этой ниши доступно единичным крупным производителям.

О том, так ли это и стоит ли сельскохозяйственным предприятиям рассмотреть производство органической продукции в качестве перспективного пути развития своих предприятий изданию «АгроВестник» рассказал Олег Мироненко, исполнительный директор Национального Органического Союза.

Давайте посмотрим на органическое земледелие не с точки зрения социальной значимости, а исключительно как на бизнес. Зачем заниматься производством органической продукции в нашей стране, ведь с точки зрения традиционного земледелия потенциал России не реализован даже наполовину?

Олег Мироненко: Когда мы занимались законом об органике, он был направлен на развитие внутреннего рынка, потому что на внутреннем рынке ощущалась нехватка органических продуктов. В начале 2018 г. в России потреблялось органических продуктов на 160 млн. евро, из которых только около 20% производилось непосредственно отечественными производителями. При этом наблюдается постоянный рост потребления, на 10-15 процентов в год. И это сейчас достаточно устойчивая тенденция.. Если ранее мы говорили, что спрос растет исключительно за счёт городов-миллионников, то сейчас он стал опускаться и на небольшие города, например, магазины органического питания есть уже и в Угличе, и в Ярославле.

Поэтому, если мы говорим об органике как о бизнесе, то наполнение внутреннего рынка вполне бизнесовая задача.

С точки зрения экспорта – готовы ли нас пускать на внешние рынки? Сейчас основными и наиболее быстро растущими рынками потребления органики являются США и Европа. Однако европейские страны уже несколько лет говорят, что они способны произвести для себя органику не более чем на 25%. И диспропорция между потреблением и производством будет только нарастать. Возникает вопрос, кто произведёт недостающую продукцию? С точки зрения ресурсов для производства органических продуктов (чистые земля, вода, воздух) у нас серьёзных конкурентов в мире немного. Поэтому мы без особого труда можем занять свободный пока рынок. А вот с продвижением на экспорт традиционной продукции, все обстоит гораздо сложнее. Года два назад у нас было много зерна, и мы не могли продать его по тем ценам, по которым мы бы хотели это сделать. С другой стороны, дефицит органического зерна был тогда настолько велик, что у нас его готовы были покупать в любых объемах, запросы были из Англии, Франции, Германии, Италии, Голландии, причем были готовы делать это по высоким ценам, и готовы делать это и сейчас.

Когда мы говорим об органическом земледелии это что за продукция? Это зерно? Бобовые? Картофель? Что такое органическое земледелие в России и что такое органическое земледелие в Европе? Есть различие во взглядах на этот сегмент?

Олег Мироненко: Если мы говорим об органических продуктах, то это весь спектр продуктов, которые потребляет человек. А отличие - в технологиях производства. В классическом сельском хозяйстве направленность на объемы – надо накормить население. Поэтому там цель - произвести как можно больше продукции. В органике цели две. Это, во-первых, произвести качественное питание, тут не применяются количественные характеристики, и второе – это влияние сельского хозяйства на экологию вокруг.

Органическое сельское хозяйство - это производство по жестким правилам. Там четко оговорено, что можно, а что нельзя. В классическом сельском хозяйстве таких правил нет. Если мы говорим, что в органическом сельском хозяйстве запрещены пестициды, то мы их не применяем. Если мы говорим, что запрещены антибиотики при лечении животных, или, допустим, стимуляторы роста - то это тоже жесткое правило, и отойти от него нельзя ни при каких условиях.

Отличия же от производства органической продукции в России и за рубежом нет, потому что мы работаем в рамках единых базовых стандартов, изменения в которые прекратили вносить в 2015 году. На сегодняшний момент мир работает по единым базовым стандартам, держателем которых является IFOAM International. Все, что создается в рамках национальных законодательств, должно соответствовать этим стандартам. Поэтому за основу российского стандарта взяты как базовые стандарты, так и наиболее проработанные 834 и 889 регламенты ЕС.

Какие мировые рынки являются основными потребителями органики?

Олег Мироненко: На первом месте по потреблению - рынок США, он занимает 45 процентов в мире. На второе место можно поставить единый европейский рынок, из него выделяется рынок Германии, он на первом месте в Европе, здесь потребляют органики почти на 10 млрд евро.

Довольно быстро подтягиваются азиатские рынки, и здесь первое место занимает Китай. За короткий период он вышел на 4-е место в мире по потреблению органики.

Основными потребителями органики являются страны с достаточно высокими доходами населения и с единой позицией в отношении экологических принципов развития сельского хозяйства.

Что является драйвером производства органики в России? Если экспорт, то какая продукция? Полностью ли в производстве органики мы зависим от конъюнктуры европейского рынка?

Олег Мироненко: На сегодня пока экспорт не является драйвером. Драйвер - внутренний рынок. Сейчас 80 процентов российских компаний, которые производят органику, работают исключительно на внутренний рынок страны.

Если брать по отраслям, то для внутреннего рынка драйверами являются те продукты, которые быстро портятся и которые проблематично доставлять из-за рубежа. Это молочные и мясные продукты, к ним уже подтягиваются овощи и фрукты.

А драйверами для экспорта являются продукты длительного хранения, такие, например, как зерновые и крупы.

Сказать, что нам Европа диктует, что должно быть на столе, - такого нет, но вот тренд здорового питания действительно идет к нам из Европы. А что касается потребления, это зависит от привычек местного населения.

Если предприятие решит перейти на органическое земледелие, насколько серьезна будет внутренняя перестройка технологий или системы управления предприятий? Могу предположить, что это тянет за собой дополнительные инвестиции в контроль качества продукции и вообще систему контроля за посевами, чтобы избежать применение химии на полях?

Олег Мироненко: Нельзя заниматься органическим сельским хозяйством, если ты в это не веришь. Поэтому в первую очередь должна быть перестроена ментальность производителя. Если ты не веришь в то, что ты можешь вырастить урожай без применения химии, у тебя нет желания выращивать продукцию по новым технологиям, то нет смысла этим заниматься. Так что все начинается с мозгов. И это самая сложная часть, хотя и менее затратная.

Если вы приняли решение производить органику, дальше действительно идет перестройка производства. Но начинается эта перестройка не с полей, а с системы документооборота на предприятии. В органике документы являются важной частью проверки предприятия. К сожалению, большинство наших малых и средних производителей ведут документы безобразно. В результате сложно отследить, как организован севооборот, где и какие семена закуплены, какой урожай получен и т.д. А без этого сертификатор не сможет осуществить дальнейшую проверку предприятия.

А затем мы переводим само хозяйство с одного принципа хозяйствования на другое. Например, в классическом сельском хозяйстве, если в почве чего-то не хватает, мы решаем эти проблемы с помощью удобрений. В органике такая подкормка почвы запрещена. Значит, и тут надо все перестраивать. В частности, использовать навоз и ввести систему севооборота, и в итоге благодаря посеву специальных трав обеспечивается доставка в почву нужных органических веществ. И так далее. Что касается оборудования, которое использовало производство на этапе классического сельского хозяйства, то на 80 процентов оно пригодно и в органическом производстве. А 20 процентов оборудования придется закупать, это определенные инвестиции.

Если вы занимаетесь молочным животноводством, то основные затраты у вас пойдут на реконструкцию помещений, где содержатся животные, и создание кормовой базы. Так, например, в органике запрещено привязное содержание животных. Соответственно, необходима перестройка коровников. В каких-то случаях это возможно сделать, но в ряде случаев проще снести старые здания и построить новые.

Придется, конечно, перестраивать всю технологию производства и искать тех специалистов, которые могут этим заниматься. Возникнут вопросы: где брать органические семена? Как бороться с разными напастями, вредителями почв и растений? Где брать биопрепараты и биоудобрения? Химические удобрения есть везде, а вот рынок биопрепаратов еще не развит.

Важен также этап переработки. Вы произвели органическое молоко, а где его перерабатывать? Ведь и переработка тоже должна быть органической. Значит, или вы сами осваиваете еще и этап переработки, или ищете органическое предприятие по переработке продукции. А в России их практически нет. В Европе эту стадию прошли 30 лет назад, а мы в нее только вступаем. Сейчас большинство российских производителей органики вынуждены замкнуть на себя весь процесс, включая переработку. Это делает более дорогим товар, поступающий на полки магазинов.

Постепенно мы придем к этапу, когда начнется кооперация производителей, что позволит выделить переработку в отдельное предприятие.

Работа это не простая, немногие переносят период конверсии, когда вы уже начали переход с классического сельского хозяйства на органическое, уже начали производить продукцию по органическим технологиям, но вынуждены продавать ее как обычную. Вот почему я говорю о первоочередности перестройки менталитета. Если вы пришли в органику только ради коммерческой выгоды и получения быстрого дохода, то вероятнее всего вы будете разочарованы, и чаще всего именно такие люди первыми уходят из сферы органики. Остаются только истинные приверженцы органического производства.

Насколько вырастают производственные риски при производстве органики? По логике, чтобы защитить посевы, нужно применить, например, пестициды, но сделать в органическом земледелии этого нельзя. А значит, возрастает риск потери значительной доли урожая.... насколько это влияет на себестоимость производства и рентабельность? Насколько цены на органическую продукцию выше традиционной?

Олег Мироненко: Есть определенное заблуждение. Нам часто задают этот вопрос. Многие считают, что если мы не применяем химические средства защиты, значит, мы не применяем ничего. Это не так, в органическом производстве есть свои механизмы защиты урожая. Есть биопрепараты, которые сертифицируются, они заменяют собой вполне успешно пестициды и другие средства борьбы.

Есть также использование естественных способов борьбы, которые часто встречаются в природе. Например, этномофаги – насекомые, которые в естественной среде уничтожают вредных насекомых, - помогают человеку в органическом сельском хозяйстве. Существуют феромонные ловушки. И другие средства борьбы.

Столь же они эффективны, как и химические средства защиты? Скажем так, есть средства в органике, даже более эффективные, чем химия, есть менее эффективные. На этапе перестройки, пока вы переходите с классики на органику, вероятность потери части урожая более высокая, чем в классическом. Но это вопрос неотработанности технологий.

В Европе эффективность биологических средств не намного ниже, чем эффективность средств химических. Мы в России по отношению к Европе находимся пока, можно сказать, в каменном веке в вопросе средств борьбы и защиты в органическом производстве. Поэтому понятно, что уровень потерь урожая у нас в российской органике пока выше, чем в классическом сельском хозяйстве. Но это решается годами работы и внедрения технологий.

А еще мы потеряли такую вещь, как районированные сорта растений и породы животных. То есть во многих хозяйствах используется нехарактерный для данных мест и условий семенной фонд, животные, завезенные с других территорий, они не адаптированы, это тоже несет в себе определенные риски. Это может привести опять же к потерям урожая.

На сегодня уровень цены на товар в магазине во многом зависит от уровня развития органического производства в России. Начальный уровень - цены высокие. Это было характерно и для США, и для Европы, мы идем тем же путем. Если вы посмотрите на тенденции в Европе с начала 2000 годов и по нынешний день, вы увидите, что если раньше цены на продукцию органическую и классическую отличались в 3-5 раз, то сейчас органическая продукция дороже примерно на 15-30 процентов. А есть такие товары, цены на которые уже сравнялись с ценами на классическую продукцию. Например, в Финляндии разница между органическим и неорганическим молоком составляет 15 процентов . В Германии можно найти сейчас молочную органическую продукцию даже дешевле классической. Рынок по мере своего развития выравнивает диапазон цен. Сейчас 30 процентов - это реальная разница между органической и неорганической продукцией.

Кто потребитель органической продукции? Это явно не трудовой класс, это достаточно узкий сегмент потребителей. Куда этот сегмент ходит за покупками? Какие требования предъявляет к производителям для выхода на этот рынок?

Олег Мироненко: Если бы мне задали такой вопрос в 2010 году, когда рынок органики в России находился в стадии становления, я бы сказал: да, вы правы. Тогда основным потребителем органики действительно был сегмент VIP. Но в кризисный период 2014-2015 годов, когда начались ситуации с эмбарго, с запретами ввоза тех или иных продуктов, мы обнаружили, что портрет потребителя органики стал сильно меняться. Сегодня сегмент VIP составляет лишь 7-8 процентов от общего числа потребителей органической продукции. Сейчас это средний класс. Если говорить о крупных городах, то это потребитель с уровнем дохода примерно 30-40 тысяч рублей на 1 члена семьи, для более мелких городов этот уровень дохода ниже, потому что там и продукты стоят дешевле.

Если рисовать портрет такого потребителя, то 40 процентов покупающих органику – молодые семьи, люди 25-40 лет, обязательно имеющие детей, и дети – это главный драйвер, который толкает родителей на переключение на органическую продукцию. Второй большой сегмент потребителей – это люди, следящие за своим здоровьем, ведущие здоровый образ жизни. Сюда же можно отнести и экспериментаторов, тех , кто любят пробовать что-то новое и необычное в питании. Таких людей еще 30 процентов. Ряду покупателей также просто здоровье не позволяет употреблять в пищу продукты, содержащие пестициды и антибиотики (аллергики, люди с различными заболеваниями), которые переходят на органику, - таких еще около 10-15 процентов.

Сегодня органику можно купить во многих местах в крупных городах. Например, в Москве это «Азбука вкуса», гипермаркеты «Гипер Глобус», некоторые «Перекрестки». Там органика, правда, чуть дороже, чем в небольших специализированных магазинах. В Москве, к примеру, активно развиваются магазины «Органик маркет», года два назад их было 2-3 в Москве, сегодня их стало 13. И они стали доступнее для покупателей. Мы видим, по развитию таких небольших магазинов, что спрос на органику растет. И, например, «Органик Маркет» заявляет, что хотел бы открывать до 10 магазинов в год, и это хорошая тенденция.

Что представляет собой процесс подтверждения своей продукции в качестве органической? Понятно, что для этого нужен сертификационный орган, но при этом нужно понимание, какие точки контроля необходимо пройти, чтобы было подтверждение статуса производителя органической продукции.

Олег Мироненко: Сертифицированной признается та продукция, которая соответствует национальному стандарту. А подтверждает такое соответствие стандарту сертификационный орган, который аккредитован в Росаккредитации.

Каждая компания обязана ежегодно проходить такой сертификационный контроль. Инспектора проверяют твою документацию, выезжают к тебе в поле, приходят в твои коровники, приходят на этап переработки. Все требования по сертификации есть в национальном стандарте. Те же самые правила действуют и в Европе. 

Сегодня в России кроме национальных сертификаторов работают еще и международные сертификаторы. Поэтому вы можете подтвердить свой органический статус как по национальному стандарту, так и по любому международному. К сожалению, сегодня российский органический стандарт мало известен российскому потребителю. Поэтому если вы хотите подтвердить перед потребителями свой статус еще более высоко, то вы имеете возможность в дополнение к российской пройти и международную сертификацию и получить зеленый европейский листок на свою продукцию.

Пока, до вступления в силу российского закона об органике, а это произойдет 1 января 2020 года, есть проблема с контролем. Пока закон не вступил в силу, Роспотребнадзор не занимается проверкой органических товаров на полках магазинов, и вы можете встретить большое количество фальсификата, который выдают за органическую продукцию. Мы надеемся, что с января 2020 года Роспотребнадзор активно включится в эту работу и поможет в очистке полок. Потому что для принятия необходимых мер уже все есть, все подготовлено. Есть Административный кодекс, в котором прописано наказание за обман потребителя, есть национальный стандарт, который описывает, что такое органический продукт, и говорит о том, как контролировать сертификационные органы. Поэтому мы ждем вступления закона об органике в силу и запуска всех механизмов, которые позволят потребителям быть уверенными, что на полках – именно органические продукты.

На какие страны и по каким видам продукции есть договоренность о поставках органики?

Олег Мироненко: Сегодня органика из России поставляется в 10 стран, может, и более. Официальной статистики нет. Это Германия, Австрия, Великобритания и другие. Отдельных договоренностей нет, но есть контракты на уровне отдельных компаний. Примерно 15 российских компаний экспортируют свой товар за рубеж.

Договоренностей нет потому, что есть правила введения органической продукции в оборот во всем мире. Эти стадии мы сейчас проходим и надеемся, что в течение ближайших трех лет мы их пройдем. Первая стадия – это согласование национального стандарта с международным сообществом – с IFOAM International. Сейчас мы проходим это согласование, на данной стадии мы учитываем полученные от IFOAM International замечания и вносим изменения в национальный стандарт.

Вторая стадия – взаимопризнание правил производства и оборота органической продукции, частично имеет и политическую составляющую. Это стадия, когда ваши национальные стандарты уже признаны международным сообществом, но на различные мировые рынки ваша продукция еще не поступила. Поскольку основным потребителем российской органики является Европа, первые свои шаги в этом вопросе мы осуществляем с европейскими странами. На прошедшей в феврале в Мюнхене выставке Biofach-2019 присутствовал зам. председателя правительства России Алексей Гордеев, который активно обсуждал этот вопрос с министром сельского хозяйства Германии. И были достигнуты определенные договоренности, которые, мы надеемся, найдут отражение в документах.

А пока на сегодняшний день поставки реализуются по индивидуальным контрактам. Но в ближайшее время мы планируем выйти на межправительственные соглашения.

Существуют ли минимальные ограничения по объемам поставляемой продукции? Если производитель решит перейти на производство органики, то от какого объема целесообразно налаживать производство? Ведь насколько я понимаю, европейский рынок очень емок, и покупатели там заинтересованы, прежде всего, в стабильных поставках в течение года, что может себе позволить далеко не маленькое предприятие.

Олег Мироненко: Я бы не советовал маленьким предприятиям ориентироваться на экспорт. Потенциальная емкость российского рынка органики может составлять в ближайшем будущем 5 млрд евро, и его еще надо наполнить. А мы на сегодняшний день производим органику на 30-40 млн евро. И как раз здесь для малого бизнеса есть большая ниша. Потому что для многих крупных компаний производить органическую продукцию невыгодно финансово. А мелким это выгодно, это уже отработанный опыт десяти лет развития органики в России.

Небольшие магазины типа «Органик маркет» опять же готовы работать с такими небольшими предприятиями, которые могут поставлять свою органическую продукцию в маленьких объемах и в течение года. Главное, чтобы продукция была подтверждена органическими сертификатами и имела стабильное качество.

Сейчас обсуждается вопрос создания органического хаба. Чтобы небольшой производитель, которому негде хранить свою продукцию, мог бы привозить ее на хранение в хаб. И сейчас он уже создается в Подмосковье, на выставке Продэкспо прозвучала информация о нем.

А на экспорт действительно нужны объемы. Если вы хотите поставлять зерно, то, например, трейдер по зерновым, приходящий на рынок, интересуется, сколько гектаров у вас в обработке. Если у вас меньше 10-15 тысяч гектаров, то интерес к вам потеряют.

Есть определенные ниши, которые подходят для малых предприятий в плане производства на экспорт. Например, дикороссы. У нас есть в России компании, которые поставляют в небольших количествах свою продукцию из дикороссов на европейские рынки. Но еще раз скажу, что не советую маленьким компаниям сразу ориентироваться на экспорт – начинать надо с российского рынка.

Сколько производителей занимаются органическим земледелием в России в настоящее время? Можете дать динамику? Сколько еще потенциально может появиться с учетом рыночной динамики? Где эти производители в основном локализованы, в европейской или азиатской части России? Если ли тренд, в какой части России с учетом не только посевных площадей, но и логистики, обеспеченности квалифицированными кадрами целесообразно развивать органическое земледелие?

Олег Мироненко: Сейчас в базе данных Национального Органического Союза 92 производителя, деятельность которых подтверждена сертификатами. Есть еще около 20 производителей, которые находятся в периоде конверсии. Рост количества производителей есть. Если в 2010-2015 году появлялось примерно 4 новых органических производителя в год, то в последние годы темпы увеличились, думаю, уже в этом году темпы роста составят до 20 новых производств в год.

Для российского рынка это мало. Для примера, в Литве сейчас 2400 компаний на менее чем 3 миллиона населения. Нам надо иметь 20 тысяч компаний на территорию нашей страны.

Основные рынки потребления сконцентрированы в центральной России, и там органика развивается быстрее всего. На Урале органических компаний меньше, да и рынков сбыта мало рядом, поэтому продукция, производимая за Уралом, идет в основном на экспорт.

Многое зависит и от рынков потребления, когда они будут расти, будет увеличиваться и количество производителей. Например, сейчас в Башкирии нет ни одной компании, сертифицированной как органическая. Но при этом там есть ряд сетей, которые активно начали приучать потребителей к органике. В связи с этим правительство Башкортостана приняло решение об интенсивном развитии органического сельского хозяйства и привлечении к этому своих производителей и наполнении внутреннего рынка.

Поэтому будет несколько точек роста, и те территории, которые сейчас имеют нулевое количество производителей, наполнятся, и там будет до 300-400 производителей. В итоге в России появится к 2023 году несколько тысяч производителей органики.

Есть уже пилотные области, которые активно развиваются. Это Воронежская, Ярославская, Томская области, Башкортостан, Татарстан, Московская и Белгородская области, Краснодарский край. Но в связи с принятием закона мы увидели, что губернаторы ещё целого ряда областей стали подписывать документы о развитии органики в своем регионе. Об этом уже заявили Чувашия, Мордовия, и другие области, для которых это вообще было не характерно изначально. Закон об органике подтолкнет большинство субъектов к реализации таких программ.

Что сейчас сдерживает развитие органического земледелия?

Олег Мироненко: Не хватает целого ряда подзаконных актов, которые бы говорили о развитии, например, сектора биопрепаратов и биоудобрений. Практически отсутствуют кадры, как в системе производства и переработки, так и в системе сертификации.

Есть моменты, которые указаны в законе, но пока не реализованы. Это, например, реестр производителей органики. Требуется также принятие знака российской органической продукции – его тоже пока нет.

Есть высокий уровень недоверия потребителя к органической продукции. Это сдерживает рост спроса. Поэтому сейчас надо активно работать с потребителем.

В ряде публикаций вы сетовали на нехватку сертификационных организаций, которые бы подтверждали органическое земледелие. Сколько таких организаций сейчас работает? Сколько стоит аккредитация и где ее получать? Что является объектом сертификации?

Олег Мироненко: Сейчас в России аккредитована только одна сертификационная компания - это «Органик эксперт». На ее примере мы отработали процесс аккредитации, которого ещё 2 года назад не было. Ввели такую аккредитацию примерно год назад. «Органик эксперт» показала – аккредитацию можно пройти, технология аккредитации есть. 

Аккредитует компании-сертификаторы единственный орган в России – это Росаккредитация. Соответственно, это единственный орган, который отвечает за аккредитацию и следит за работой сертификаторов. Стоимость зависит от многих показателей, сколько стоит аккредитация (это зависит от кадров, документации и так далее), можно узнать в Росаккредитации.

А объектом сертификации является вся производственная линейка. А растениеводстве - земля, семена, сама продукция и т.д., а в животноводстве - все, что касается содержания, кормления, лечения животных. В переработке и в хранении также проводится сертификация. В Европе также сертифицируется и сама полка, на которую уже выходит товар, но у нас такой сертификации не проводится.

 

Источник: АГРОВЕСТНИК

Также в разделе:

Роспотребнадзор выявил более 60 партий продукции с нарушением требований...

Продуктовое эмбарго: В России много плохой пшеницы и мало мяса...

Путин готов снять санкции в области сельского хозяйства против ЕС...

«АККОНД»: управление качеством продукции на основе стандартов ISO 22000:2018...

Страны ЕАЭС снизят таможенные пошлины для Ирана...

Комментарии (0):

Эту новость еще никто не прокомментировал. Ваш комментарий может стать первым.

Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы комментировать новости.



Авторизуйтесь,
чтобы получить доступ к личному профилю.

Недавние ответы: